Вице-спикер верхней палаты поставит вопрос о «серой зоне» экономики на пленарном заседании.

Михаил Зубов

Объем российской теневой экономики в прошлом году составил 20,7 триллионов рублей. Это больше, чем все доходы федерального бюджета-2018. Таковы данные Росфинмониторинга. По подсчетам финансовой разведки, с 2015 года ежегодная прибыль нелегального сектора колебалась в диапазоне от 20 до 30% ВВП или от 18,9 до 24,3 трлн рублей. На деньги, прошедшие мимо казны только в прошлом году, можно финансировать армию и оборонный заказ почти 10 лет или увеличить пенсии в 10 раз.

Росфинмониторинг не стал отчитываться, по каким методикам велся расчет доходов теневого сектора. Но, исходя из специфики финансовой разведки, можно предполагать, что она не учитывает теневые зарплаты и гаражную экономику, а речь идет исключительно о бегстве капиталов и преступном бизнесе.

Честный и откровенный отчет финансовых разведчиков — это очень хорошо. Но возникает вопрос: если мы так хорошо знаем доходы теневых капиталистов, то почему их не ловим? На этот вопрос «КП» ответил вице-спикер Совета Федерации, член комитета СФ по бюджету и финансовым рынкам Евгений Бушмин:

— Финансовая разведка имеет полное право обратиться во все правоохранительные органы, в следственный комитет, прокуратуру, ФСБ и получить от них всю необходимую помощь для предотвращения преступлений. Поэтому к отчету о теневой экономике было бы неплохо приложить информацию о том, сколько было возбуждено дел, сколько дошло до суда и какие деньги удалось вернуть. Что касается самой суммы, то нужно разъяснить: о каких деньгах идет речь? Одно дело — деньги, которые украли, заработали преступным путем и вывели за границу. Другое — когда наши коммерческие структуры выводят доллары за границу, чтобы рассчитаться с долгами перед зарубежными партнерами. Эти долги достаточно велики — свыше $400 млрд, возвращать их необходимо, а они могут учитываться, как вывод капитала.

Эти 20 триллионов рублей надо разложить по полочкам: где — контрабанда, торговля оружием, наркотиками, а где — обычные платежи. Пока этого не сделано — мы не будем знать реальных размеров теневой экономики. Может быть, Росфинмониторинг всех самозанятых в эту статистику включил?

— Но финразведчики не хотят выдавать деталей. Пресса шлет им письма, а ведомство уклоняется от подробностей…

— Давайте мы попросим.
— Попросите с парламентской трибуны, чтобы они ответили.
— Да, обязательно сделаем.

kp.ru